Падение Цзэ Цинь открыло путь к возрождению Хань на развалинах старого порядка. Иллюзорная тишина учёных, скрывшихся в уединении, соседствовала с нарастающей силой кланов, которые подымали свои знамёна. Колёсницы гремели, гоняясь за превосходством; зачем слабым бороться, если могущественные держат правила игры? Объединённые сердце и воля, правитель и подданный шли рука об руку, превращая личные амбиции в общий план. Небеса наделили людей необычным даром — звезду Ган, связующую Инь и Ян, помогающую увидеть разделение между неподвижностью и движением. Неподвижность — путь спокойствия небес, размеренный и мудрый; движение — дружба и инициатива, скоростное и громкое, как раскаты молнии. Разработка замысла овладения звездой стала сердцевиной стратегии. Звезда Gan вошла в мир и породила необычных героев и противоречивые судьбы: вероломство разрушает страну, а преданность часто требует самопожертвования. Те, кто казался добрым, расходятся с теми, чьи намерения сомнительны; подданство теряет смысл там, где нет единства. Мир снова отклоняется от норм и распадается заново. Новые силы собирают фрагменты прошлого, и начальные очертания эпохи кажутся сходными с великими династиями — от Тяньсин Чжоу до Цинь.
